Братья Слоян всего за три года стали полновластными хозяевами села Воскресенка Волжского района Самарской области

Поразительное заявление прозвучало недавно в новостях телеканала НТВ: устами небезызвестного в Самаре А.Брода - теперь он подвизается в качестве директора Московского бюро по правам человека в столице - «фашистскими» были названы движения против нелегальной миграции. Хотя они, как это известно, ведут свою деятельность в рамках существующих законов РФ об общественных организациях и ставят своей задачей борьбу с НЕЛЕГАЛЬНОЙ, иными словами - незаконной миграцией. Получается, А.Брод за нелегальную-незаконную миграцию?..
Вот предельно конкретный пример того, против чего категорически мы, как и абсолютное большинство граждан России, но за что выступает в защиту А.Брод и ему подобные правозащитники, презрительно именуемые русскими людьми «кривозащитниками».
…Три года назад на улице Песочной в селе Воскресенка Волжского района Самарской области поселился пришелец с далёкого Кавказа Сурен Слоян, который взял себе «псевдоним» Сергей (замаскировался под русского?). Нужно отметить, что это представитель южных народов, которые в народе именуют «погромными народами»: они в своих суверенных республиках совершали погромы и изгнание-выдавливание всех «некоренных». Эти этнические чистки во многих регионах бывшего СССР и нынешней России продолжаются по сей день. Получается, что чужаков они изгнали, но жить без них не смогли и вслед за ними приехали в Россию. Не испытывая ни страха, ни стыда. А чего бояться? Это они бы разорвали в клочья других за подобное, а русские люди (именно они главные жертвы погромщиков) миролюбивы, терпимы. Подонки этим пользуются.
(Есть шутка: Почему у кавказцев ноги кривые? Привыкли сидеть на русских шеях.)
Чуть позже в селе появился брат Слояна. По нашей информации его зовут Маджид, но он тоже именует себя по-русски - Михаил. Похоже, у всех волков тяга к овечьим шкурам. С тех пор жителям этой улицы покой только снится. Предприимчивые южане явились робкими гостями, а скоро превратились в полновластных хозяев. Организовали очень шумное и пыльное производство керамзитных блоков прямо на улице, не заботясь о том, что думают соседи. Теперь те словно живут в цеху завода бетонных конструкций. Приятного мало: постоянно взад-вперёд снуют огромные машины, происходит шумная погрузка-разгрузка. Неутомимо работают бетономешалки, два станка с вибраторами. С апреля по ноябрь, без единого выходного дня, с 5 утра до 22 часов. Пыль, шум, крики. Джигиты хоть навар от этого имеют, а их соседи - коренные жители села! - мучаются от шума и дышат во вред своему здоровью выхлопными и прочими газами, являясь заложниками предприимчивых «гостей с юга».
На этом производстве работают киргизы, около пятнадцати человек. По всем признакам, в России они находятся незаконно, никто из них не имеет разрешения на подобную деятельность. Власти их весьма шумного «присутствия» в селе не замечают. Бескорыстно ли? Ведь в день производится около тысячи блоков. Цена одного - 22 рубля. Два рубля они платят работникам, остальное братья забирают себе. Мягко говоря, не по-братски, но кто в них бросит камень за это? Они тут полные хозяева. Потому средств у них предостаточно, в том числе и на шоры из денежных купюр для глаз чиновников хватит с лихвой.
На неоднократные жалобы и просьбы жителей ул. Песочная оба брата не реагируют, а отвечают делом - год от года расширяют производство. Чувствуют свою безнаказанность. Это в любой кавказской республике чужаков быстро бы поставили на место, высунуться бы не посмели: полку бы на своей кухне прибивали с оглядкой на соседей. Тут же морковки на всех положили, делают что хотят.
Сначала домище приобрёл Сергей, а чуть позже и Михаил купил домишко, сломал его и возвёл домище не хуже, чем у брата - двадцать на двадцать метров. Самые большие в селе, будут жить, словно кавказские князья. Местным домишко приобрести - проблема, а эти любые проблемы решают с лёгкостью, а не только жилые. Вот бы рассказать всему народу - как? Как они живут столь вольготно на нашей Руси? Трудами праведными не наживёшь палат каменных. Они сумели.
На задах своих домищ Слояны содержат 30 голов непривитого рогатого скота и 50 голов овец. За этим немалым стадом следит пастух, привезённый братьями из Ульяновской области. В селе его зовут «раб Саша». Он отец пятерых детей. Круглые сутки со стадом, не отходит от него. Платят ему - если платят, что тоже сомнительно - 2 000 рублей в месяц. Фактически это - раб. Он запуган, говорит, что уйти не может, братья его везде найдут. Сельчане видели, как хозяева избивали своего пастуха. Недавно у него пропали две коровы, и теперь он угодил в долговую яму к Слоянам, на пять лет, чтобы выплатить их стоимость… Вот так с мигрантами с юга (как легальными, так и нелегальными) приходит к нам даже не средневековье - рабовладельчество. Рабство на Кавказе давно уже стало реальностью, но постепенно оно проникает и в другие регионы России. Правительство ведёт себя так, словно отдало в полон русский народ, а сами русичи никак не осознают, что постепенно переходят в кабалу. Словно дурманным зельем опоили средства массовой дезинформации России, тель-авиденье, кривозащитников, фонды соросов, карманные партии олигархов…
Практически промышленное производство и скотоводство Слоянов требует много воды, без неё и ни туды и ни сюды. Сама она не течёт, а потому жители улицы - преимущественно старушки и старики - собрали по 500 рублей из тысячерублёвых пенсий на проводку. Но джигиты врезали свои трубы не к общему водоводу, как остальные граждане, а прямо к насосу, фактически перекрыв воду всем остальным. При этом всем объявили, что им дал разрешение на подобную врезку глава администрации сельсовета «Молодая гвардия». Ежели это так, то на какой почве пророс цветок его благорасположения к джигитам, не орошена ли она золотым или валютным дождём с юга?
Киргизы, батрачившие на братьев Слоян, только головами изумлённо качали: в их краях за подобные действия тут же бы просто поубивали подобных наглецов, поотрывали бы с того места, откуда ноги растут. Пресса много писала о кровавых конфликтах из-за воды в Киргизии, Таджикистане, Узбекистане. Но тут в очередной раз подтвердилась репутация русских людей (коих сионистские СМИ постоянно клеветнически именуют «фашистами» и «экстремистами») как одних из самых терпимых в мире. Никто не пустил «петуха» чужакам, не сунул горящей тряпки в бензобак какой-либо их машины, не швырнул в окно дома «коктейль Молотова» (бутылку с бензином, заткнутой тряпкой, конец которой перед броском поджигается), не подсыпал в еду или питьё крысиного яда, не пропорол вилами наглецов, не тюкнул в тёмном переулке топором... Сельчане собрались всей улицей 5 августа с.г. и убрали самовольную врезку. А дабы обезопасить себя от произвола «гостей с юга», ставших в русском селе хозяевами, вызвали милицию. На милицейском «УАЗе» приехали трое сотрудников Волжского РОВД. Сурен Слоян в их присутствии заявил о том, что ему жаль, что его сыновья никого сегодня не убили. Говорил без всякой опаски, как часто до этого грозили сельчанам сжечь их дома детки братьев. Их уверенность подтвердилась: и эти слова, как и все прочие, остаются по сей день безнаказанными.
Занимаются брательники и другим бизнесом. В частности, мясной торговлей. Вот весьма красноречивый факт: как-то сбило корову автомашиной, Слояны подсуетились и задёшево купили её, пустив на мясо. Понятно, не сами съели - продали чужим. Деньги не пахнут!
Сельчане подчёркивают, что они законопослушные граждане: никто из них не сделал ничего противозаконного братьям Слоян, совсем наоборот, именно коренные жители являются страдающей стороной в этом конфликте. Они написали коллективное заявление Главе администрации Волжского района Самарской области г-ну Брызгалову В.М. и теперь ждут, когда власть разберётся с нарушителями закона. Хочется им знать: кто и на каких основаниях дал им разрешение проживать в селе, имеют ли они на это право? Имеют ли гражданство России? Есть ли у них разрешение на производственную и иную подобную деятельность? Законно ли получили разрешение на постройку, на предпринимательскую деятельность? Задал ли кто им вопрос: а деньжища у вас откуда? Платят ли братья налоги государству?
Ведь сие, как нам постоянно твердят, одно из самых тяжёлых преступлений. В западных, «цивилизованных», странах за это карают очень строго. Но только не у нас. Почему власти не охраняют законные интересы государства? Или Слояны сумели по-свойски договориться с ними и «подмазать» нужных людей?
Оттого они и чувствуют себя предельно уверенно. Ведут себя в селе весьма вызывающе. Своим девочкам разрешают учиться только три класса, а затем в школу уже не пускают: готовят к замужеству, которое обычно у них происходит в 13-14 лет. Уже открыто говорят о том, что улица будет армянской. Похоже, к этому дело идёт.
Впрочем, братья вовсе не армяне, как сказали нам сельчане, а курды. Это подтвердилось и способом их забоя скота, которое наблюдало чуть ли не всё село. В том числе и дети - вот урок им! Братья взрезали корове брюхо, выпустили кишки, и, пока бедное животное дико мычало, корчась от боли, семейство Слоян водило вокруг хоровод и пело. Армяне - христиане, подобных обрядов у христиан не бывает. Как и у мусульман. Некоторые знающие люди предположили, что забой производился по иудейским канонам: как можно мучительнее, чтобы агония длилась долго. Но ежели братья - курды, тогда всё понятно. Про курдов говорят, что они поклоняются дьяволу. Выходит, ритуал этот - сатанинский? Получается, в русском селе с хорошим христианским названием Воскресенка стали хозяевами сатанисты?.. Неужели власти находят всё это естественным и законным? Помнится, пару лет назад американцы негодовали на Макла Тайсона за то, что он довёл до стресса двух своих хомячков, один из коих окочурился. В суд на бывшего чемпиона подавали за жестокое обращение с животными. В Германии суд вынес обвинительный приговор хозяину собаки, который кричал на своего пса. Многочисленные общества защиты животных следят за умерщвлением скота. А тут такое открытое зверство, которое чужаки совершили, несмотря на протесты коренных жителей села. Наплевали на народное мнение.
Создаётся впечатление, что государственную власть в русском селе Воскресенка захватили (или подменили) братья Слоян. Совсем недавно тут живут представители южных «погромных» народов, а ведут себя так, словно они и здесь хозяева, морковку кладут на давние местные обычаи, нравы. Они с собой «привезли» иные, свои, в том числе и очень похожие на сатанинские, которые фактически навязывают коренным жителям.
Мы будем следить за развитием событий в селе Воскресенка, но - судя по общероссийской тенденции - мало надежд на коренные изменения. Разве что сами жители вспомнят о своих исконным правах и возьмутся за наведение порядка на своей земле. На властей надеяться бесполезно. Простили же они «погромным народам» масштабные этнические чистки в их национальных «квартирах». Позволили этнической преступности покрыть, как поле саранчой, все города и веси необъятной России. А вот ответные действия русских людей незамеченными не пройдут: именно попытки граждан образумить зарвавшихся «гостей с юга» квалифицируются познерами-бродами-сванидзе как «русский фашизм» и «русский экстремизм». Со всеми вытекающими отсюда последствиями. Они науськивают власть на репрессии против русских людей, изнемогающих от орд нелегальных мигрантов, заполонивших всю Россию.
Просим все компетентные органы рассматривать данную статью как наше официальное обращение к ним. Ждём принятия соответствующих закону Российской Федерации мер.
О.СОТНИКОВ.

Русофобия (ненависть к русским) - несомненное зло. А русофобия чиновника - зло в квадрате.
Увы, если не русофобкой, то явной националисткой показала себя г-жа Н.Осипова, главный специалист по этно-национальным вопросам администрации Самарской области, допустившая ряд явно националистических высказываний в статье «НАЦИОНАЛИЗМ СТАНОВИТСЯ ТИРАЖНЫМ» (газета «Время», № 28 (35), 22 августа 2005 г.).
Г-жа Н.Осипова считает «неоправданным» существование русской газеты, а вот о других национальных изданиях (как и всякий русофоб, она пользуется двойными стандартами) у неё диаметрально противоположное мнение, и именует она их куда более уважительно - «12 этнически ориентированных газет - чувашская, татарская, азербайджанская, мордовская, цыганская, корейская, немецкая и другие». Она говорит, что «в регионе издаётся более 400 СМИ на русском языке, и они могут также рассказывать о культуре и нации, для этого не нужны отдельные издания».
Большинство упомянутых г-жой Н.Осиповой изданий является РУССКОЯЗЫЧНЫМИ, а не русскими. Нужно ли разъяснять разницу?.. Немало изданий возглавляются татарами, евреями, азербайджанцами, армянами, чувашами, немцами, грузинами и прочими (или издаются на их деньги): они о своих национальных интересах не забывают. И не только могут, но и постоянно уделяют своей культуре и нации куда больше внимания, чем русским проблемам. Это мы должны спросить: зачем нужны «12 этнически ориентированных газет», если все прочие только об этих этносах и говорят, забывая о русских?..
Появляются невольные подозрения, и сильные, что г-жа Н.Осипова почти ничего из этих «400 СМИ» не читает. Большая часть их словно состязается в игнорировании нужд и чаяний русского народа, в публикации оскорбительных для русских материалов, в кощунстве над православными святынями, но молчат о беспределе этнических группировок, о нелегальной миграции, о вымирании и деградации обобранного и бесправного русского народа и т.п. Об этом пишет наша газета.
Кстати, а знает ли главный специалист по этно-национальным вопросам администрации Самарской области, что русские - тоже этнос, тоже нация? Что её ведомством делается в этом плане? Или национальная политика властей области заключается исключительно во всякого рода помощи только нерусским нациям и народностям? Такую «национальную» политику неоднократно публично критиковал Рамазан Абдулатипов (см., например, газету «Трибуна», № 18 с.г.).
Немаловажен и тот факт, что «12 этнически ориентированных газет» получают дотацию из областного бюджета, как и национальные диаспоры (последние, между прочим, не раз уличались в связях, а то и пособничестве террористам). А вот русским газетам и организациям при дележе этого «бублика» обычно достаётся только дырка от него. Областная казна же формируется в основном за счёт русских, коих в области около 80%. И вот в такой ситуации представительница малого народа против русской национальной газеты, которая издаётся на свои средства. Образно говоря, Н.Осипова и иже с ней плюют в тот колодец, из которого пьют. А уж о благодарности и речи нет.
Похоже, этих господ не пугает, что их детям и внукам придётся учить китайский язык или еврит. Они вышли из народа и живут в своём особом мирке, где никого не обобрали абрамовичи; где не гремят взрывы террористов; где «гости с юга» не грабят, не насилуют, не убивают; где нет места нищете, бедности и лишениям. Страшно далеки они от народа, чьими «слугами» формально являются…
В статье г-жа Н.Осипова брякнула и следующее: «В одной из бесед с г-ном Гужовым выяснилось, что он даже ничего не слышал, например, о том, что Самарская область расположена на исторической территории Волжской Булгарии и что исконным населением здесь были вовсе не русские».
Это заявление является оскорбительным для всех русских людей. И вдвойне после грандиозных этнических чисток в суверенных республиках бывшего СССР и России: погромов, изгнания-выдавливания «некоренных», а такими были - в большинстве своём - русские люди. Там тоже поначалу говорили, что русские «не исконное» население, «не коренное». Потом обозвали их колонизаторами, а затем начались погромы, изгнание-выдавливание: «Чемодан - вокзал - Россия». Вывешивались плакаты «Русские, не уезжайте, нам нужны рабы и проститутки!»
Хочу спросить г-жу Н.Осипову: а знает ли она, кто жил здесь до «её» булгар, что сделали они с «исконным населением»: выгнали-выдавили, ассимилировали или истребили поголовно?.. Кстати, куда нас после наущения осиповых погонят на сей раз под шовинистические вопли о Великой Булгарии от моря и до моря, в какие дали?..
Кстати, а кто был «исконным населением» Поволжья в те далёкие времена?..
Например, в статье «Дорогие кости» газеты «АРГУМЕНТЫ и ФАКТЫ в Самаре» (6 июля 2005 г.) можно прочесть, что самарские археологи выдвинули гипотезу о том, «что уже в первом веке нашей эры, а не в Средневековье, как считалось, в Поволжье поселились славянские племена. В Красноярском районе исследованы курганы «потаповской» культуры, по древности и уникальности соперничающие со знаменитым уральским Аркаимом». Вот так считают специалисты.
Почитайте, г-жа Н.Осипова, да и все прочие нацисты-шовинисты-русофобы, про Аркаим. Он, к вашему сведению, является лишь одним из примерно двух десятков городищ в Челябинской области. О нём писали даже не десятки, а сотни изданий нашей страны и за рубежом. Заложили Аркаим задолго до пирамид Египта, и жили в нём славяне. Наши предки построили город так, что он использовался для астрономических наблюдений за звёздами. Здесь пользовались письменностью за многие тысячи лет до нашей эры (!), знали науки и многие ремёсла, плавили металлы. Мировая наука была изумлена открытием Аркаима: и не столько небывало высоким уровнем самой древней цивилизации, не имеющей аналогов на всей планете, сколько необходимостью признавать русско-славянскую цивилизацию матерью всех прочих. Это шовинистам, русофобам не по нраву…
Между прочим, есть свой «Аркаим» и в Самарской области, на горе Маяк у села Сиделькино Челно-Вершинского района. Лет пять назад тут археологи обнаружили человеческие скелеты, остатки жилищ, орудий труда, которые родственны киевской культуре (славянской!). Возраст их - 11-12 тыс. лет. Всякие древние египтяне с греками и римлянами, не говоря уже о булгарах, просто отдыхают. О сенсационных находках на горе Маяк писали те же «АиФ в Самаре», «Самарские известия» (неоднократно), «Будни» и многие другие.
В статье г-жа Н.Осипова провокаторски заявляет: «Органы прокуратуры должны всеми силами пытаться остановить издание националистической прессы». Это очень похоже на политический донос, на призыв расправы с мыслящими иначе и вызывает ассоциации с временами тоталитаризма. Они возвращаются?..
Странно, очень странно, что человек с подобными националистическими, русофобскими взглядами, играющий на низменных инстинктах, занимает должность главного специалиста по ЭТНО-НАЦИОНАЛЬНЫМ вопросам администрации Самарской области. Ту должность, где как нигде требуются особый такт, строгая законность, глубокие знания истории и предельная политкорректность.
Виктор ГУЖОВ.

«Мы перестали быть хозяевами в своём собственном городе», - говорит бывшая рабыня кавказцев

КАВКАЗСКОЕ ИГО
Она и представить себе не могла, что в родном русском городе окажется в положении рабыни двух обезумевших азербайджанцев.
Волосы у 21-летней Кати Валовой давно уже отросли. И по ночам ей не снится, как стоит она на четвереньках в темном гараже, прикованная, словно дворовая шавка, толстой цепью к столу - чтобы не сбежала. В голове не мелькают обрывки азербайджанских слов, которым ее обучали хозяева: “Я - твоя послушная русская жена - рус арвади!”
В сентябре 2003-го жительница города Рассказова, что под Тамбовом, Катя Валова почти целый месяц пробыла рабыней у двух азербайджанцев. Она была в их полной власти: ее насиловали, били, заставляли кормить свиней…
Преступники хотели выдать девушку замуж. Сразу после “свадьбы” Катюша отправилась бы на родину мужа, в Азербайджан, в вечное услужение к его родственникам. А ее “супруг” получил бы взамен гражданство России и официальную прописку.
Суд по этому делу длился больше года. Приговор вынесли совсем недавно: сроки, которые получили два подельника - Ильхам Гусейнов и его племянник Гудрат, - всего 6,5 и 4,5 года общего режима.
Хотя, возможно, Катя Валова стала далеко не первой жертвой такого вот “свадебного бизнеса”. Но самое поразительное в этой истории то, что кавказцами руководила… русская женщина.
Ещё недавно 32-летняя Ирина Крутова считалась в округе дамой обеспеченной. Конечно, по скромным здешним меркам. Вроде и городом называется Рассказово, всего тридцать км от Тамбова, но на самом деле - деревня деревней. Деревянные домишки, раздолбанные тротуары, почти в каждом дворе живность - козы да куры.
И только один район вроде как престижный - “югославский поселок”, где стоят хмурые серые пятиэтажки. Лет пятнадцать назад их строили братья-славяне из Югославии и ГДР.
Рассказовские девушки как могли укрепляли дружбу народов. По тем временам простые работяги-строители казались нашим почти что сказочными “прынцами”. “Пиво, жвачка, потанцуем…” А по окончании контракта - “гуд бай, май лав, гуд бай!”
Предприимчивой Ирочке Крутовой, вероятно, повезло больше остальных. Нет, её немец на ней тоже не женился, но, укатив в родную Германию, не забыл бывшую возлюбленную. До недавнего времени он приезжал в Рассказово пару раз в год и регулярно, как говорят, присылал Ирине валюту. Так она смогла сколотить капитал. Построила себе особняк и открыла рядом с ним кафе “Нурхан”.
Название у заведения говорящее. С недавних пор место денежных немцев в Рассказове заняли “новые иностранцы”. Как и везде в России, это были кавказцы.
“Сначала те же азербайджанцы работали на русских дядей. Через пару лет они обросли связями, проникли во все властные структуры. Понатащили в город своих родственников, и вот уже мы, русские, работаем на них, - жалуются местные. - Мы их разбаловали. Мы не заметили, как сами стали обслуживающим персоналом...”
ВЫДОИТЬ СПОНСОРА
На “алименты” от немца Ирина Крутова припеваючи жила с неким Ильхамом Гусейновым. Он числился экспедитором в её кафе, а неофициально заправлял всем в доме вместе с молодым племянником Гудратиком.
Когда Ирке звонил её немецкий спонсор и говорил, что скоро приедет в Россию, она в своем особняке тут же везде расставляла их общие фотографии, притворялась скромницей, а азербайджанцы исчезали, - вспоминает Катя Валова. - Ирина и замуж не вышла, я думаю, потому, что боялась потерять доход. Но того же Ильхама, похоже, ничуть не волновало, что его женщина спит ещё и с другим. Катерина решила, что когда-нибудь она обязательно станет похожей на сильную и крутую бизнесменшу Крутову.
Для этого нужно было всего ничего - деньги. И побольше.
- Тем летом Ирина пригласила меня в её кафе поработать, - вспоминает потерпевшая. - Она пообещала платить мне 600 рублей в неделю. Но я, конечно, понимала, что забашлять за прилавком можно гораздо больше. Каждого покупателя, особенно пьяного, я обманывала рублей на пятнадцать. У меня дома одна мамка. И никакого просвета. После школы я поступила в швейное ПТУ, хотя мне хотелось пойти учиться на медсестру. Но взятка в медучилище - 18 тысяч рублей. Я решила скопить нужную сумму...
Не смутил Катю даже тот факт, что про кафе “Нурхан” в их городе ходила дурная слава. Официанток оттуда выгоняли всегда со скандалом и недостачей.
Про жестокость Гусейнова ходили легенды. Однажды он даже поселил в собачьем вольере мелкого воришку, который украл с прилавка кафе пачку дешевых сигарет.
Ну, это с дураками и с жуликами так происходит, думала Катерина. А она-то девушка умная.
- Я решила вечером обходить клиентов с книгой жалоб и предложений и собирать с них письменные благодарности за свой труд. За каждую запись хозяйка платила мне еще двадцатку, - хвалится Катя.
Работала Катя в смену с другой девушкой, сутки через сутки. Через две недели у напарницы Оли обнаружилась недостача в 1 тысячу 700 рублей. И её, как и остальных предшественниц, уволили. “К такому-то сроку долг мне отдашь”, - нагло приказал хозяин Ильхам. “Ольга разревелась, но всё же собрала по знакомым деньги. После её ухода Катя попросила Иру, чтобы та не нанимала новую сменщицу: “Я и одна справлюсь!”
Всего за месяц официантка Катя Валова стала для Крутовой практически членом семьи. Её приглашали на шашлыки и дни рождения. Подвыпивший Ильхам по-хозяйски лапал девушку за плечи: “Ну что, Катюха, нравытся тибе мой родственник? Можит, па-а-аженитесь?” - подмигивал он в сторону Гудратика.
Что оставалось Катерине? Только улыбаться и подмигивать хозяину в ответ.
ПОДРУЖКА НА СЧЁТЧИКЕ
- Да, я была далеко не первой, кого Ильхам с Ириной “поставили на денежный счётчик”. Но я стала первой, кто так и не смог отдать долг, - рассуждает Катерина. - Теперь-то я понимаю, что этого они и добивались с самого начала. Ведь цель у них была совсем другая... А прежние официантки попадались расторопные, как-то расплачивались...
- Что ты, дарагая, все стаишь за прилавком? Красоту сваю губишь, - как-то ласково спросил Катюшу Ильхам. - Пагуляй схади - я за тебя атлична патаргую…
Нет, не надо было Катерине покидать в рабочее время кафе. Но подружка позвала в гости, у неё родился ребеночек. Да и на кассе она оставила не чужого дядю, а любовника хозяйки. Не станет же он сам себя обворовывать?
И Катя с легким сердцем ушла в гости. А утром в кассе обнаружилась недостача в 11 тысяч рублей, образовавшаяся как по волшебству за один вечер…
- Да у нас всего товару тысяч на двадцать было закуплено! Я пыталась спокойно объяснить это Ирине, но та стояла на своём: «Верни деньги!». Знала, что занять так много в Рассказове мне не у кого. И прекрасно понимала, что я теперь в её власти.
- Хорошо, тогда ты будешь жить при кафе и работать на меня бесплатно, - решила хозяйка.
“Э, Катюха - дэвушка красивый, маладой. Пусть женится на моем Гудрате, и мы с ней будим в расчете, - беззлобно предложил Ильхам.
На том и порешили. Два дня Катя работала и ночевала в кафе. Кормили её впроголодь, но по крайней мере не били. Племянник Гудрат смотрел на будущую невесту с плохо скрываемым презрением. “Ну, какая выгода Гудратику на мне жениться? - думала Катерина. - А и распишемся - так через неделю разведусь, никто меня с ним жить не заставит. Мы же всё-таки не в дикие времена живём”.
КОНТРАКТ НА РАБСТВО
В тот же вечер в доме у Ирины состоялось что-то типа помолвки. Невеселое это было торжество. Должница Катя сидела рядом со своим “избранником” и вымученно улыбалась гостям-азербайджанцам. “Ой, Катька, да я вам с Гудратиком отдам после свадьбы ещё одну свою квартиру в бесплатное пользование, - обещала Крутова. - Заживете как белые люди. И всё благодаря мне - цени доброту!”
Если бы не случайно подслушанный разговор Ирины с Ильхамом на кухне, то Катерина еще долго бы находилась в неведении относительно своей дальнейшей судьбы.
- В Азербайджан уже звонил? - Ирина посмотрела на сожителя, затянувшись дорогой сигаретой. - Когда эти твои родственники прикатят сюда с калымом? Учти, меньше чем за 200 тысяч рублей девчонку продавать нельзя. Мы ведь не только Гудратику гражданство с её помощью сделаем, мы им ещё и бесплатную служанку навсегда отдаём. Никакого состава преступления - официально она будет супругой младшего хозяина. Что хотят там с ней, то пусть и творят…
Катя прижалась к двери туалета. Что делать? Удивительно, но позвонить маме или в милицию ей даже в голову не пришло. “Мне бы никто не поверил и не помог, понимаете?”
Единственное, что она придумала, - это тайно связаться с 21-летним Денисом, своим случайным знакомым. Как-то она обслужила его в кафе. Веселый, рисковый и бесшабашный парень, каким он ей показался. “Не боись, Катюха, - тут же откликнулся новый приятель. - Когда все уснут, мы тебя будем ждать неподалеку в машине вместе с моим лучшим дружком. Перекантуешься пару дней у него, никто не найдет, потом билет тебе в Москву купим, и ищи-свищи…”
- После вечеринки Гудратик стал ко мне приставать. Мол, мы непременно должны переспать перед свадьбой, - вспоминает Катерина. - Я сослалась на то, что хочу в туалет. Просидела на унитазе минут пятнадцать, проплакала, когда пришла в комнату - пьяный “жених” уже вовсю храпел...
Денис, как и обещал, поставил машину недалеко от дома Крутовой. Путь к бегству был свободен. Катю отвезли в дом к его другу. Никому не решилась она позвонить и сказать, где находится, - только лучшей своей подружке, 15-летней школьнице Насте, сказала. Через день взбешенные Ильхам с Гудратом как-то выловили девочку во дворе и привезли в дом к Ирине. У школьницы потребовали назвать точный адрес Катерины. Когда Настя отказалась, её насильно постригли. Отрезали косу, которую девчонка растила со второго класса. “Не назовешь, где скрывается Катька, отрежем тебе не только волосы”, - строго предупредили Настю. И та сдалась.
- Я думаю, что Настька меня не из-за косы предала, а потому что ей денег дали, - убеждена и сейчас Катя.
В дом, где пряталась Катерина, Ильхам и Гудрат ворвались взбешенные, как собаки. Ни о каких ласковых уговорах речь больше уже не шла. Девушку кинули в машину и снова привезли к Крутовой.
- Ты у меня будешь долг отрабатывать дешёвой рассказовской шлюхой, - грозил хозяин. - Сейчас позвоню своим друзьям. А потом всё равно выйдешь замуж за Гудрата и уедешь в Азербайджан.
Гусейнов проявил “педагогические способности”. Он заставил Катю выписывать слова на азербайджанском и учить их наизусть.
В перерывах между уроками Катю раздевали догола и принуждали подметать гараж, где её держали. Ильхам принес цепь, которую накручивали на замок в кафе, и посадил на неё девушку. Длинноволосую Катю побрили наголо, казалось, мучители испытывали почти физическое наслаждение, когда её каштановые локоны стали падать на грязный пол. Взамен, чтобы, наверное, не простыла, на неё нацепили красную вязаную шапку. А еще Ильхам пообещал исполосовать ей лицо бритвой, если пленница попробует сбежать. “Ты нас запомнишь, билядь русская!” - унижали ее.
К Ильхаму заглянул друг Мамед, и Катю ему временно “подарили”, заставив заниматься оральным сексом. А когда она попыталась покончить с собой, случайно найдя бритву и перерезав вену на руке, её застукала Ирина и вылила на открытую рану целый пузырек йода. Боль была невыносимой.
“Я думала, что сойду с ума. День, ночь - всё смешалось. Я не понимала, где нахожусь и что со мной, только знала, что мне очень плохо. Я больше не человек… Чтобы мама меня не искала, меня заставили ей позвонить и бодрым голосом сказать, что я жива и здорова, отдаю долги”, - с трудом вспоминает девушка.
КОНЕЦ КРАСНОЙ ШАПОЧКИ
Надрывно играет музыка в придорожном кафе. Что-то тянуче-восточное. Мы с Катериной сидим за ободранным пластмассовым столиком и пьем чай из пакетиков. Две молоденькие официантки что-то считают за прилавком. Катя смотрит на них с сочувствием. А сама качает коляску с новорожденной дочерью Валерией.
Суд над её мучителями тянулся больше года: вдруг выяснилось, что азербайджанцы, прожившие в России около десяти лет, ну совсем не понимают русской речи, и все тома уголовного дела им в соответствии с международным законодательством пришлось переводить на их родной язык. Услуги профессионального переводчика обошлись государству в 39 тысяч рублей.
Когда заканчивался процесс, Катя была уже на последнем месяце беременности. Ей угрожали. Её пытались запугать. Свидетели отказывались давать показания. Впрочем, Ирина Крутова сразу признала, что у неё в доме действительно жила почти месяц официантка Катя. Но насильно её никто там не держал, на цепь не сажал и наголо не стриг - это всё досужие домыслы городских сплетников.
Почему оперативники, освобождавшие Катю, нашли её в полубезумном состоянии и в красной вязаной шапочке, натянутой прямо на лысый череп? Этого Крутова объяснить не смогла.
Только в сказке охотники спасли Красную Шапочку, вспоров брюхо жестокому серому волку. В реальной жизни волки отделываются более легким наказанием. Гражданке Крутовой судьи определили всего пять с половиной лет лишения свободы. Сейчас в её особняке временно проживают молдаване, которым Ирина сдала его до своего возвращения из тюрьмы.
А спасенная Катя Валова родила дочь от своего неудавшегося спасителя Дениса.
- Когда я случайно забеременела, психолог в больнице мне сказал, что нельзя делать аборт, иначе я совсем тронусь. И действительно, дочка вытащила меня с того света. Сейчас хоть какая-то цель в жизни появилась: поставить её на ноги и бежать из этого города поскорее, пока Ильхам с Гудратом не вернулись. Они мне уже обещали…
Катя сильно изменилась за эти два года. Помудрела, наверное, и перестала верить людям. “Мне кажется, что мы сами виноваты в том, что произошло, - просто и немного наивно объясняет девушка. - Мы перестали быть хозяевами в своем собственном городе. Те же кавказцы переступают границы дозволенного, когда видят, что никто их за это не накажет. Они знают: только заплати, и русские на всё пойдут, лишь бы заработать. Они нас не уважают и не боятся. А мы ради лишних копеек совсем не думаем о том, что с нами будет завтра… Да я такая же была, сейчас только думать о будущем научилась, потому что мне ради дочки жить надо”.
Поношенные штаны и китайская майчонка: Катя такая худенькая, хрупкая, в чем только душа держится? Но она упорно толкает перед собой дочкину коляску из секонд-хэнда. Им сегодня надо в поликлинику: Лерочке исполнилось четыре месяца.
Катя нигде не работает - негде. О карьере медсестры ей тоже пришлось забыть. В городе на неё практически пальцем показывают. Кормит их с дочкой, выбиваясь из последних сил, Катина мама.
А единственный человек, который попросил у Кати Валовой прощения за произошедшее, - это бывший спонсор Крутовой, тот самый немец, который специально приезжал для этого в Рассказово.
Екатерина САЖНЕВА.
Тамбовская область - Москва.
Фамилии изменены.

«Московский комсомолец» (12.08.2005).

В прошлом номере нашей газеты был опубликован фельетон «ЖДАНОВЩИНА, или Времена тоталитаризма возвращаются?» Героиней его стала Светлана Вениаминовна Жданова, глава Поволжского управления Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия. Именно в её ведомство, которое ныне расположено в самарском Доме промышленности, я явился ровно в девять часов утра, когда обычно начинается рабочий день во всех учреждениях нашего города.
Пришёл, дабы самолично занести обязательные экземпляры газеты «Я - РУССКИЙ в Самаре», хотя это обязана делать типография, у нас с ней заключён на сей счёт официальный договор. Но бережёного Бог бережёт: почта есть почта, вдруг не дойдёт, а обвинят в этом именно нас. К русским людям в ведомстве г-жи Ждановой относятся весьма пристрастно, по известному принципу: «Был бы русский человек, а уж если не статья, то инструкция на него всегда найдётся». О таких «судьях» говорят, что «ежели у твоей собаки хвост кривой, то этого им вполне достаточно для обвинения». Выносили они нам уже предупреждение за непредоставление обязательных экземпляров нашей газеты. Лучше поберечься. А то если не укусит, то послюнявит.
Первым сюрпризом оказалось то, что в бюро пропусков никто не ведал о том, что здесь располагается совсем не шаражка какая, а Поволжское управление Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия, хотя оно сюда перешло около двух месяцев назад. Не нашёл я на стенде, где имелись телефоны и номера служебных офисов учреждений, ведомства Светланы Вениаминовны. Мне сказали, что я ПЕРВЫЙ посетитель. Порадовался за неимением лучшего повода, что вошёл в историю. Ежели учреждение г-жи Ждановой - «логово врага», резидентура вражеской разведки, то должен похвалить: конспирация на «отлично», замаскировала она свою «явку» просто великолепно. Поздравляю! Правда, если она «работает» на Российское государство, то тогда поздравить ни себя, ни других граждан Самары не могу. Хотя бы по причине дороговизны деятельности этой конторы: несомненно, на неё уходит немалая «копеечка» государственных средств, коим можно было найти куда более рачительное применение.
Без пропуска внутрь здания меня не пускали, а его не могли выписать за неимением никого на рабочих местах из сотрудников г-жи Ждановой. Пришлось применить некоторые хитрости из классического арсенала разведчиков, проникающих во вражеский стан. В итоге я пробрался-таки к «резидентуре» г-жи Ждановой.
Нетерпеливо суча копытами у закрытых дверей, я прождал более часа, пока появилась девица в чёрной юбке с предельно откровенным разрезом сбоку до самого пояса, при движениях можно было обнаружить надетые на неё трусики «стринги», которые трусиками называются по недоразумению, ибо сделаны не из материи, а из нескольких тесёмок, не столько прикрывающих самые-самые интимные места, сколько указывающих на них. Фиговый лист был бы тут куда более скромной одёжкой! Мужики ей вслед шеи свернули. Разговаривать со мной сексапильная особа не стала: «Я не в курсе, ничего не знаю, ничего не принимаю!..» Тут же оседлала телефон и повела озабоченный разговор. Чем именно она была озабочена, легко можно было догадаться по внешнему облику этой особы с походкой от бедра, весьма похожую на пантеру в период течки…
Во время долгого ожидания я вдоволь нагляделся на скорбный вид памятника архитектуры - особняк фон Вакано. Он примерно в десяти метрах от здания, где теперь находится «резидентура» г-жи Ждановой, которую я так долго ждал. Уникальный дом разрушается буквально на глазах тех, кто обязан его беречь. Светлане Вениаминовне стоило бы не увлекаться поисками мифических «русских фашистов», а заняться исполнением своих непосредственных обязанностей - охраной культурного наследия. Или обратила бы внимание на орды настоящих фашистов, которые безнаказанно учиняли погромы в своих суверенных республиках, изгнали-выдавили миллионы «некоренных», а теперь и сами вслед за ними приехали в Россию, заполонили всю страну, создав многочисленные этнические криминальные группировки и творя беспредел над русскими.
В половине одиннадцатого состоялось новое явление заждавшемуся народу (в моём лице) другой сотрудницы ведомства г-жи Ждановой. Она тоже отказалась принимать у меня газеты. Пришлось звонить на томагочи (мобильный телефон) их начальнице. Ответил сонный голос, от которого у меня помимо воли началась зевота. На мои резонные упрёки мне сообщили, что ведомство г-жи Ждановой работает по московскому времени. Странно, а почему не по тель-авивскому? Живём-то мы в Самаре. Хотя по русофобскому отношению к русскому народу и его традициям ждановской конторе больше подходит тель-авивское время.
Моя собеседница попросила передать трубку своей откровенно одетой подчинённой, занятой интимным разговором, и велела ей принять от меня газеты.
Вот так мой, вроде бы, пустяковый визит в «резидентуру» г-жи Ждановой стал в чём-то подобен хождению за три моря русича Никитина или посещения «логова врага». Почти столь же многотруден, хотя далеко не так увлекателен. Да, подумал я, умеем мы портить жизнь другим, чтобы жизнь мёдом не казалась. С такими друзьями-чиновниками нам никакие враги не нужны - они нам, русичам, хуже самых заклятых врагов.
Виктор ГУЖОВ.

В Москве мильён азербайджанцев,
От них в глазах уже туман.
У русских ныне мало шансов
Пробиться через мусульман.
Ах, москвичи-азербайджанцы,
Ну как же вам не поражаться,
Да не на нашем ли веку
Вы русских резали в Баку?
Тогда зачем же пол-Москвы
Сегодня захватили вы?
Вы тучей ринулись в торговлю,
Но на прилавках, Боже мой,
Корзины с русскою морковкой,
Не с ленкаранскою хурмой.
Ах, что же это за зараза,
«Аллах Акбар!» везде крича,
С всего бандитского Кавказа
Ползёт к нам, словно саранча?
И терроризм за нею следом
Летит на каждый наш порог,
А президент грозит скинхедам:
«Мы вас согнём в бараний рог!»

Обсудить на форуме